Рубрики
2802S

Электрички Кейптауна (туда). Край земли VIII

Ссылки на предыдущее:

  1. Края земли или из крайности в крайность
  2. Край земли II. Muizenberg
  3. Край земли III. Val and Ann
  4. Край земли IV. Серебряные копи, Silvermine
  5. Theft или как закалялась сталь
  6. Cape Of Good Hope. Часть VI
  7. Край земли VII. Южноафриканские гвинпины

Вспоминаю с особым чувством время, проведённое в ожидании электрички на Кейптаун или толчею, когда едешь обратно в пригород. С ещё большим трепетом вспоминаю сам процесс, когда ты вместе с местными делишь психологически непростой интерьер вагона. Что-то вроде другой планеты, место, где ты первые разы решительно не знаешь, как себя вести и что делать.

Со станции Lakeside до городского вокзала Кейптауна добираться минут 40. Билеты, если едешь в город, можно незадорого взять в окошечке в небольшом здании на полустанке. Всё как везде: перрон, пути в ту и другую сторону, утомлённые солнцем работники станции.

Расписание работает плохо, поезда им руководствуются не часто. Точность – это одна из тех штуковин, которые плохо работают в Африке повсеместно. Приехал на чёрный континент? – расслабься и получай удовольствие, забыв о регламентах, расписаниях и своих швейцарских часах.

Кстати, если часы и вправду швейцарские, то лучше забыть их ещё в России, впрочем как и золотые украшения, дорогую электронику и прочие недешёвые безделушки. Выходя на улицы южноафриканских городов, а уж тем более, попадая в вагон электрички или поезда, важно помнить – грабитель всегда прав. Отдай всё, что нажито непосильным трудом: магнитофон, куртку замшевую, портсигар отечественный, кинокамеру. Иначе возьмут самое главное – здоровье. Жизнь-то ладно, Бог с ней.

Но не всё страшно на самом деле, особенно если белый день на дворе и люди кое-какие в вагоне есть. Утром я рассказал своим старикам, что у меня приятель живёт в Сьерра-Леоне на западе Африки и, естественно, сказал, что боюсь ехать туда. Энн многозначительно заметила: «Ты побоялся в Сьерра-Леоне ехать, а я боюсь поехать в Йобург» (так местные называют столицу ЮАР – Йоханнесбург).

Африка действительно не даёт никаких гарантий безопасности. Единственный способ быть в относительной безопасности, не жить красиво и любить Мадибу (Нельсона Манделу).

Итак, пугая громкими гудками, причаливает электричка. Почти все пригородные поезда здесь жёлтого цвета. Локомотив не похож на наш – грубый и неотёсанный, что-то вроде маневровой советской «кукушки». Двери открылись, я зашёл.

В вагоне светлокожим оказался ровно я один и это привело меня в состояние управляемого оцепенения. Присел на сиденье. Они расположены по большей части параллельно вагону. Людей было не так много. Справа мамаша с беспокойным грудничком и ребёнком постарше, непрестанно ёрзавшим возле неё.  Пришло время изживать страхи, детские травмы, полученные при просмотре мультфильмов:

Маленькие дети, ни за что на свете не ходите в Африку гулять!
В Африке акулы, в Африке гориллы, в Африке большие злые крокодилы.
Будут вас кусать, бить и обижать, не ходите, дети, в Африку гулять.
В Африке разбойник, в Африке злодей, в Африке ужасный Бармалей!

На самом деле, местные сами чувствуют что-то вроде дискомфорта и даже не прочь помочь чем могут: на вопрос ответят, беседу поддержат, кинут денег бродяге. Мой стресс купировал бродячий музыкант, которых хоть убавляй и в наших электричках. Сухой, маленький белый мужик за пятьдесят: тёртые-перетёртые джинсы, гитара на перевес и песня! Помню как сейчас эти спасительные слова под яркие и сочные аккорды: «Sweet home Alabama!».

Полузаполненный вагон ожил. Музыкант потревожил полуденных пассажиров и потревожил каждого по-своему. Моя тревога совсем ушла, а ребёнок справа как-будто впитал её, ещё сильнее обняв маму и вперив в меня свои огромные коричневые глазища.

Звучал старый, добрый американский хит 70-х, посвящённый родному для кого-то американскому Югу, куда так здорово возвращаться!

Чем дальше ехали, тем меньше людей становилось в вагоне. Где-то на пол пути вошёл ещё один светлокожий – парень лет тридцати. То, что он просыхал после обильного вчерашнего считывалось на раз-два. Осоловевшие глаза, отсутствие утреннего туалета и запах перегоревшего в печени виски – пинты-другой, выпитой не далее как этой ночью.

Молодой человек нуждался в «на билет» и стал подсаживаться то к одному чернокожему, то ко второму. Знакомился, жал руку, взывал к сочувствию. Ко мне не подошёл, я выглядел не респектабельно, хотя, к сожалению, не пил. Насобирав энную сумму, бедолага, томно покачиваясь, удалился.

Вагон продолжал пустеть. У присевшей слева девушки (естественно, чернокожей) я спросил, как долго до города. Она ответила – совсем скоро. Пока наступало это самое «скоро», я, напрочь осмелев, разглядывал потолок. Там, где он начинался, красовались стикеры с объявлениями. Любая наша доска объявлений на остановке поблекнет в сравнении. Меня влекло содержание и я привстал, чтобы «скоро» настало ещё скорей в процессе увлекательного и глубокого чтения.

К моему разочарованию очень разные по форме и цвету объявления говорили примерно об одном: увеличение достоинства, как мужского так и женского, безболезненный и анонимный аборт за 15 минут, нормализация отношений по фотографии за 20 минут и заговор на деньги, на много-много денег. Почти везде фигурировал некий доктор Deon или доктор Musa. Было желание записаться, но что-то внутри протестовало – чужая страна, мало ли. Вспомнился старый мультфильм «Падал прошлогодний снег» и эпизод, когда мужичок потёр волшебной палочкой голову… Нет, не стал я рисковать да и долгожданное «скоро» настало! Вот он – центральный вокзал Кейптауна.

В следующий раз расскажу, как ехал обратно. Будет интересно.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *